воскресенье, 10 декабря 2017

Афганистан: возможные сценарии развития ситуации в контексте их влияния на центрально-азиатские страны

Версия для печатиОтправить другу
Таткало Надежда

Одним из знаковых событий 2014 г. стало официальное завершение миссии Международных сил содействия безопасности (МССБ) в Афганистане, которое характеризуется, во-первых, выводом основного контингента иностранных войск из Афганистана, во-вторых, передачей функции обеспечения безопасности страны афганским силам национальной безопасности. Присутствие иностранных военных до конца 2016 г. обусловлено их новой миссией «Решительная поддержка» по обучению и техническому снабжению афганской армии. После 2016 г. предполагается полный вывод иностранных войск из страны. Таким образом, бифуркационной точкой в развитии ситуации в Афганистане de facto должен стать рубеж 2016–2017 гг. Принимая во внимание современные реалии в этой республике, представляется, что в дальнейшем события, вероятно, будут развиваться по одному из следующих трех сценариев, которые условно можно обозначить: «вынужденный союз», «второй Ирак» и «фрагментация».

Сценарий 1. «Вынужденный союз» предполагает, что талибы после долгого процесса согласования позиций при посредничестве США и ЕС инкорпорируются в широкую коалицию с представителями «Северного альянса». На возможность такого союза указывает ряд западных экспертов, условно выделяя в «Талибане» три группы: а) группа, которая хочет вернуть власть; б) группа, которая присоединилась к «Талибану» для борьбы с западными войсками; в) группа, для членов которой война стала смыслом жизни [i]. Сотрудничество официальной власти с первыми двумя группами могло бы заложить основу процесса относительной стабилизации ситуации в республике и регионе и способствовать переводу противостояния в фазу тлеющего конфликта. В рамках данного сценария вероятна реализация инфраструктурных программ, заложенных в американском проекте «Новый Шелковый путь»: CASA-1000, TAPI, транспортно-логистическая сеть, соединяющая республики Центральной Азии с Афганистаном, возведение которой уже активно ведется Узбекистаном. Кроме того, представляется возможной реализация предложений проектно-аналитического доклада «Новое поколение программ альтернативного развития для ликвидации афганского наркопроизводства», подготовленного на базе Института демографии, миграции и регионального развития и Центра стратегических и внешнеполитических исследований: форсированная индустриализация, возведение инфраструктурных объектов и замещение производства незаконных наркотических культур возделыванием законных – хлопка, злаковых, шафрана [ii].

Сценарий 2. «Второй Ирак» предполагает относительную стабилизацию ситуации в стране в первые годы после вывода иностранных войск. Однако впоследствии возможен, с одной стороны, рост напряженности внутри правящей группы, на наличие которой указывают прошедшие президентские выборы, с другой – активизация «Талибана» в союзе с Исламским государством (ИГ). В частности, о своей поддержке ИГ объявили пакистанское крыло «Талибана и Исламское движение Узбекистана (ИДУ) [iii]. При этом боеспособность афганской армии, как и иракской, очень низкая. Так, потери Афганской национальной армии (АНА) в борьбе с террористическими группировками значительно превышают потери контингента МССБ: если в 2013 г. потери первой составили 3000 человек, то второго – 324 человека [iv]. Вместе с тем вызывает сомнения и уровень профессиональной подготовки и моральной устойчивости афганских военнослужащих: во-первых, в проводимых ими боевых операциях гибнет большое количество мирных жителей, во-вторых, участились случаи их нападения на представителей иностранного контингента [v]. Кроме того, дезертирство в АНА приобретает массовый характер и, по оценкам экспертов, может составлять 30–35 тыс. человек [4]. В свою очередь, перманентные мобилизационные наборы обусловливают низкую степень подготовки в целом всей армии и снижают ее боеспособность. В результате, активизация террористических группировок после вывода МССБ может привести к ситуации, аналогичной иракской: форсированное отступление афганской армии и переход ряда районов под контроль террористических групп. При этом возрастут объемы наркопроизводства и наркотрафика, которые составляют неотъемлемую часть террористической деятельности, представляя ее финансовую базу [vi].

Сценарий 3. «Фрагментация». Данный сценарий имплицитно связан со вторым и может стать его логическим продолжением. Принимая во внимание периодически выдвигаемые требования пуштунов и белуджей о создании Большого Пуштунистана и Белуджистана, компактное проживание больших общин таджиков, туркмен и узбеков в географической области Афганский Туркестан, а также политическую нестабильность вкупе с возможной активизацией «Талибана» в условиях социально-экономического кризиса, усугубляемого неэффективностью воинских подразделений АНА, вероятна фрагментация Афганистана на три государственных образования, сформированных в результате этнорегионального сепаратизма: на севере – таджиков, узбеков и туркмен с перспективой их дальнейшего обособления и предъявления территориальных требований к центрально-азиатским республикам, в центральной части – пуштунов, на юге – белуджей.

Между тем, в статье «Кровавые границы. Насколько лучше мог бы выглядеть Ближний Восток» отставной подполковник Национальной военной академии США Р. Петерс, описывая свое видение «справедливого» политического ландшафта Ближнего Востока, указывает на необходимость оформления Свободного Белуджистана на базе территорий Афганистана, Ирана и Пакистана [vii]. Таким образом, вероятно, в США, главном внешнем акторе, присутствующем в Афганистане, разрабатываются проекты по его расколу, что является составной частью проекта «Большой Ближний Восток», предполагающего хаотизацию региона. В этом отношении ситуацию с Ираком можно рассматривать в качестве сценария-образца для Афганистана.

В Ираке этнорегиональный сепаратизм связан, главным образом, с курдами. В настоящее время их роль резко возросла на фоне бегства «обученной и снабженной» Вашингтоном иракской армии под натиском ИГ: курдские подразделения пешмерга демонстрируют большую боеготовность и в ряде случаев отвоевывают позиции, оставленные иракской армией [viii]. Между тем, принимая во внимание заявления США о необходимости развития иракского Курдистана за счет поставок его углеводородов в Турцию без согласования с центральной властью и подписание в 2013 г. американской Exxon Mobil договора с правительством этой автономной области Ирака о разработке шести нефтяных месторождений [ix], представляется, что реализация плана США по переформатированию Ближнего Востока уже идет и новые государственные образования – Большой Пуштунистан, Независимый Белуджистан и Свободный Курдистан – могут стать реальностью в среднесрочной перспективе.

Таким образом, для государств Центральной Азии наиболее благоприятным сценарием развития ситуации из вышеперечисленных является «вынужденный союз». Однако он же представляется наименее вероятным по следующим причинам. Во-первых, афганский конфликтный узел завязан не только на внутренних проблемах. В аспекте террористической активности о спонсировании моджахедов во время советской операции открыто заявлял З. Бжезинский в 1998 г. [x]. В контексте же наркоугрозы представляется, что в наркопроизводстве заинтересованы не только внутренние афганские силы, но и внешние акторы. В противном случае наркотрафик не был бы настолько выгодным видом нелегальной экономической деятельности. По данным кыргызстанского специалиста в этой области А. Зеличенко, внутри Афганистана стоимость одного грамма героина составляет всего 4 доллара, но уже в Европе – 40, США – 170–200, а в Австралии – уже 230–370 долларов [xi].

Во-вторых, функционирование экономической системы Афганистана базируется на налаженных каналах возделывания опиумного мака, его переработки и сбыта готовых наркотических веществ. Соответственно, выращивание альтернативных опиумному маку видов сельскохозяйственных структур априори является для афганцев невыгодным видом экономической деятельности. Это подтверждает, в частности, провальная попытка внедрить в Афганистане практику выращивания шафрана [xii]. Кроме того, проекты альтернативного экономического развития этой республики могут быть реализованы только при условии их мониторинга со стороны центральной власти. Учитывая сложную внутриполитическую ситуацию в Афганистане в условиях всеохватывающей коррупционной составляющей властных отношений и непосредственного участия в наркотрафике ряда чиновников, перспективы альтернативного развития этой республики выглядят маловероятными. Кроме того, торпедирующим фактором в развитии промышленности, нуждающейся, в отличие от сельского хозяйства, в квалифицированной рабочей силе, выступает неграмотность населения [xiii]. Вместе с тем финансовая помощь внешних акторов при отсутствии благоприятных внутренних условий приводит к негативным последствиям: выгоды получает определенная прослойка государственных чиновников, использующих выделяемые средства в личных интересах. В свою очередь, бенефициарами в этой ситуации могут быть и внешние силы, в частности США (о практике втягивания государств в орбиту своих интересов подобным образом пишет Дж. Перкинс [xiv]).

В-третьих, на международном уровне до сих пор не поставлена задача ликвидации наркопроизводства в Афганистане. В частности, эта цель не прописана ни в мандате МССБ, ни в резолюциях Совета Безопасности ООН, что обусловлено позицией Вашингтона, обосновывающего приоритетность антитеррористических усилий в противовес антинаркотическим тем [2], считающего, что запрет на выращивание мака может, во-первых, привести к устранению единственного источника дохода у беднейших слоев населения Афганистана, во-вторых – к переходу ряда контролирующих торговлю наркотиками полевых командиров, поддерживающих центральную власть, на сторону «Талибана» [6].

Резюмируя, следует отметить, что республики Центральной Азии в случае развития событий по второму или третьему сценарию могут столкнуться не только с угрозами терроризма и наркотрафика, но и нарушения территориальной целостности, учитывая существующие между ними проблемы, связанные с делимитацией и демаркацией границ, а также возможный прецедент оформления новых государств на территории Афганистана. Кроме того, если предположить, что периодом активизации афганских террористических группировок станет рубеж 2016–2017 гг., то они могут развить тематику восстания 1916 г. при рекрутировании новых членов в целях формирования образа «внешнего врага» в лице России, что может стать фактором торпедирования евразийской интеграции.

В этих обстоятельствах в качестве основного механизма редуцирования этих угроз может стать ОДКБ, в рамках которой для стран-участниц представляется перспективным усилить взаимодействие по следующим двум направлениям:

  1. в военной сфере:

    • укрепление погранзастав Кыргызстана и Таджикистана вооружением и необходимыми техническими средствами. Создание сети военных баз по линии КСОР ОДКБ (по аналогии со стратегией США «лепестки лилии», суть которой заключается в передислокации американских войск ближе к зонам будущих военных конфликтов [xv];

    • разработка механизмов совместной охраны границы;

    • внедрение единых стандартов подготовки военнослужащих (в этом аспекте перспективным представляется указ Президента РФ, разрешающий иностранным гражданам проходить службу в рядах российской армии);

    • усиление взаимодействия спецслужб с целью предотвращения проникновения террористических формирований на территорию стран-участниц;

  2. в информационной сфере на базе Института ОДКБ:

    • проведение исследований по афганской проблематике, конференций, «круглых столов»;

    • организация научно-образовательных школ не только для студентов и молодых специалистов из стран-участниц ОДКБ, но и из Афганистана и Пакистана с целью создания лояльного к ОДКБ пула молодых людей, а также ознакомления с афганской проблемой изнутри через призму восприятия непосредственными ее участниками.

 

Литература:

ii. Проектно-аналитический доклад неправительственных организаций России и Беларуси «Новое поколение программ альтернативного развития для ликвидации афганского наркопроизводства» // URL: http://www.allrus.info/data/201403/tiveDevelopmentdokladRUS.pdf (2014).

iii. Mehsud S., Golovnina M. Pakistani Taliban declare allegiance to Islamic State and global jihad // URL: http://in.reuters.com/article/2014/10/04/pakistan-taliban-islamic-jihad-idINKCN0HT0HI20141004 (4 октября 2014).

iv. Бобкин Н. Сможет ли афганская армия заменить войска США и НАТО? // URL: http://www.fondsk.ru/news/2014/01/18/smozhet-li-afganskaja-armija-zamenit-vojska-ssha-i-nato-25249.html (18 января 2014).

v. US military death toll in Afghanistan hits 2,000 after confused firefight // URL: http://www.theguardian.com/world/2012/sep/30/us-death-toll-afghanistan-2000 (30 сентября 2012).

vi. Carpenter T. How the Drug War in Afghanistan Undermines America’s War on Terror // Cato Institute Foreign Policy Briefing. – № 84 // URL: http://www.cato.org/publications/foreign-policy-briefing/how-drug-war-afghanistan-undermines-americas-war-terrorм (10 ноября 2004).

vii. Петерс Р. Кровавые границы. Насколько лучше мог бы выглядеть Ближний Восток // URL: http://www.warandpeace.ru/ru/commentaries/view/ 55860/ (28 февраля 2011).

viii. Iraqi Kurds seize Kirkuk as army flees // URL: http://hotair.com/archives/2014/06/12/iraqi-kurds-seize-kirkuk-as-army-flees/ (12 июня 2014).

ix. Morelli M., Pischedda C. Let Turkey and Kurdistan Get Closer // URL: http://nationalinterest.org/commentary/let-turkey-kurdistan-get-closer-9335 (31 октября 2013).

x. Zbigniew Brzezinski: How Jimmy Carter and I Started the Mujahideen // URL: http://www.counterpunch.org/1998/01/15/how-jimmy-carter-and-i-started-the-mujahideen/ (15 января 1998).

xi. Зеличенко А. «За» и «против» легализации афганских наркопосевов // URL: http://samlib.ru/z/zelichenko_a_l/zaiprotiwlegalizaciiaf ganskihnarkoposewow.shtml (1 марта 2013).

xii. Там же.

xiii. Князев А. История афганской войны 1990-х гг. и превращение Афганистана в источник угроз для Центральной Азии // URL: http://www.knyazev.org/books/History_of_Afghani_war.pdf (2004).

xiv. Перкинс Дж. Исповедь экономического убийцы // URL: http://www.fhotm.kpi.ua/guest/ekiller.pdf (2004).

xv. Vine D. U. S. Empire of Bases Grows // URL: http://www.tomdispatch.com/blog/175568 (15 июля 2012).

 

Голосов пока нет

Комментарии

Опять Россия - внешний враг.

Опять Россия - внешний враг. А демократы, закатавшие в асфальт экономику немаленькой страны снова в белом. Уже так достало все это! А в той ситуации, когда ИГ оплачивается долларами, а население не умеет читать - этот сценарий процентов на 90 реализуем, оттого еще противнее.

А страдают, как всегда, простые люди.

Почему же народ Афганистана живет бедно и гибнет от военных действий, если наркоторговля приносит такие деньги? А США не хочет пресекать этот выгодный бизнес? Сколько еще будут страдать простые жители этой страны? Ведь ни один из сценариев не принесет им спокойную богатую жизнь.

Все три сценария ничего

Все три сценария ничего хорошего не представляют. Понятно, что теперь ОДКБ необходимо вырабатывать превентивные меры.

Для России крайне нежелательно

Для России крайне нежелательно развитие ситуации, когда в Афганистане возникнут новые государства. Напряженные отношения с Украиной видимо закончатся не скоро, еще и для афганцев Россия станет "внешним врагом". Возникнет опасность победы евроинтеграции.

" ...опасность победы

" ...опасность победы евроинтеграции". А каким боком России может повредить евроинтеграция?
Россия же и сама на половину европейская страна. И дела ведёт в огромных масштабах со странами ЕС.

Современные перипетии

Современные перипетии свидетельствуют о том, что не только республики Центральной Азии в случае развития событий по второму или третьему сценарию могут столкнуться с угрозами терроризма и наркотрафика, нарушения территориальной целостности. Геополитический перекрой мировой карты уже стартовал...

Афганистан и его проблемы

Афганистан и его проблемы вполне могут быть использованы для нагнетания напряженности в других государствах. Слишком там много оружия и воинственно настроенной публики, которой только нужно указать на образ врага и направить в нужном направлении. Во всех таких конфликтах вызывает отвращение тот факт, что действия всех этих "миротворцев" приводят не к урегулированию взаимоотношений противоборствующих сторон, а к эскалации вооруженных противостояний. "Миротворцам" это выгодно. А то, что гибнут люди - их не волнует.
С сожалением приходится констатировать факт, что как не было покоя Афганистану, так и его не предвидится в ближайшее время.

 
 

Новости от Redtram

Loading...