вторник, 28 марта 2017

«Мягкая сила»как инструмент формирования евразийского единства

Версия для печатиОтправить другу
Таткало Надежда

В мире нет предмета, который был

бы слабее и нежнее воды, но она может

разрушить самый твердый предмет.

ЛаоЦзы

 

После двадцатилетнего периода доминирования центробежных тенденций на постсоветском пространстве был дан старт евразийской интеграции. На институциональном уровне она характеризуется поэтапным углублением взаимодействия стран-участниц в форме сначала Таможенного союза, затем – Единого экономического пространства и, наконец, Евразийского экономического союза (ЕАЭС). С одной стороны, название интеграционного блока указывает на экономику как на главный связующий фактор объединяющихся стран, с другой стороны, прилагательное «евразийский» свидетельствует об особом характере экономического взаимодействия внутри созданного Союза. На это указывали и официальные лица государств-участников, обосновывая целесообразность интеграции. В частности, президент РФ В. Путин в своей речи на заседании клуба «Валдай» в 2013 г. отмечал: «Будущий Евразийский экономический союз, о котором мы заявляли, о котором мы много говорим последнее время, это не просто набор взаимовыгодных соглашений. Евразийский союз  это проект сохранения идентичности народов, исторического Евразийского пространства в новом веке и в новом мире. Евразийская интеграция  это шанс для всего постсоветского пространства стать самостоятельным центром глобального развития, а не периферии для Европы или для Азии» [i]. Таким образом, «евразийский» в названии данного интеграционного союза указывает, во-первых, на культурно-историческую связь народов Евразии, во-вторых, на их многообразие, не сводимое к универсальным характеристикам.

В этом аспекте особую значимость приобретает концепт «мягкой силы», инструменты которой должны создать привлекательный образ ЕАЭС, прежде всего, для населяющих интегрируемые страны-участницы народов и, соответственно, заложить основы долгосрочного сотрудничества последних. Принимая во внимание факт того, что сам термин «мягкая сила» был введён в политический дискурс американским ученым  профессором Гарвардского университета Дж. Наем, а лидером в разработке механизмов его транслирования выступают США, рассмотрим подробно американский опыт оказания влияния на постсоветское пространство.

Предварительно отметим, что Дж. Най определял «мягкую силу» в качестве «способности достигать необходимых результатов через создание привлекательного образа страны в плане культуры, политических идеалов и проводимого политического курса, а не принуждение или финансовые средства» [ii]. США удалось овладеть этой способностью в полной мере. Несмотря на то, что данная страна не располагает потенциалом естественной солидарности с народами, населяющими пространство ЕАЭС, – существуют кардинальные различия в культуре, политических ценностях, а также отсутствует объединяющее историческое наследие  она оказывает значительное влияние на процессы внутри Евразии [iii].

Отметим, что мощным триггером бума американизации в мире стал распад СССР, который в символическом измерении обозначил не просто разрушение одной из мировых держав, а несостоятельность и нежизнеспособность социализма как социально-экономического строя и разработанного в его рамках набора идеологических ценностей. В результате, американский образ жизни, политические ценности, экономическая система через налаженные каналы в СМИ, НПО, международные организации и рейтинговые агентства стали преподноситься к качестве единственно правильных и справедливых, что подтверждалось уровнем социально-экономического развития США в сравнении с остальным миром. В этих условиях США превратились в «империю симулякров» т. е.качественные характеристики технических новинок (Apple), продуктов питания (McDonalds, Coca-Cola) и т. д. при приобретении товара покупателями фактически не учитываются, а важным является приобщиться к другому, «процветающему» миру, стать членом «клуба престижных людей» [iv].

Однако ключевыми симулякрами стали идеи демократии и рыночной экономики, которые воспринимались и воспринимаются в качестве единственно возможного пути развития народов по всему миру в силу наличия примеров стран Запада, отличающихся высокими стандартами качества жизни. В свою очередь, именно характер симулякра заложил основы социальной турбулентности и перманентного социально-экономического кризиса в странах бывшего СССР при проецировании западного опыта на свои условия. Во-первых, внедрение демократических институтов происходило при отсутствии не только опыта ведения политической борьбы в соответствии с новыми правилами, но и соответствующего набора ценностей политической культуры, которые и определяют жизнеспособность этих правил (индивидуализм; ориентация населения на идеологию, а не на личности; ожидания, связанные с характером функционирования политической системы, а не должностных лиц; активная гражданская позиция, выражаемая через НПО и группы интересов). Во-вторых, трансформация «политической надстройки» шла без учёта законов функционирования «экономического базиса». За основу была принята концепция «государство – ночной сторож», которая подразумевает фактически полное устранение государства из экономической сферы, оставляя за ним только функции обеспечения свободы предпринимательской деятельности. В терминологии Т. Фридмана это означает надеть «золотую смирительную рубашку»  бездействие государства должно обеспечивать саморегулирование рынка и, соответственно, стимулировать развитие частного сектора и приток инвестиций [v]. При этом декларируемая форма данной «золотой рубашки» не отражала сущности той модели западных экономик, в частности США, на которые она «надевалась». Так, в противовес радикальному разгосударствлению и тотальной приватизации в бывших советских республиках, в США важным механизмом государственного регулирования рынка является программирование экономики, подразумевающее разработку как общенациональных, так и региональных программ развития, гарантиями выполнения которых выступает отлаженная система государственного заказа [vi].

Однако созданная к началу 1990-х гг. американскими СМИ и киноиндустрией при поддержке международных организаций мода на демократию закрывала все шлюзы для рациональной оценки проводимых либеральных реформ. Другим блокирующим фактом в этом контексте выступала деятельность НПО, реализующих проекты в различных сферах общественной жизни стран постсоветского пространства, цель которых состояла не в том, чтобы выступить трамплином для дальнейшего самостоятельного экономического развития государств-объектов, а в том, чтобы оформить пулпроамерикански настроенных граждан, чьи насущные проблемы были решены с помощью НПО. Аналогичную роль играют и программы обмена школьниками и студентами – FLEX, Global UGRAD, Fulbright, Maskieи др.

В результате, по данным опроса «Евразийского барометра» за 2015 г., США до сих пор сохраняют лидирующие позиции в рейтинге стран по привлекательности системы образования. Ответы на вопрос о выборе страны для получения образования среди респондентов в странах ЕАЭС распределились следующим образом.

Диаграмма 1

Предпочтения граждан ЕАЭС в сфере получения образования за пределами страны проживания
(три наиболее популярных направления,%)*

 

 

 

 

 

*Диаграмма составлена нами на основе данных источника: Интеграционный барометр ЕАБР – 2015 (четвертая волна измерений) // URL: http://www.eabr.org/general/upload/CII%20-%20izdania/2015/Barometr-2015/...

 

При этом процент населения Армении и Белоруссии, желающего получить образование в США, в сравнении с данными опроса за 2014 г. значительно вырос: с 12% до 19% и с 8% до 12%соответственно. Снижение интереса отмечено только в Кыргызстане (на 2 процентных пункта) и России (на 4 пункта) при сохранении стабильного показателя в Казахстане (14%) [vii].

Между тем, в другой плоскости социокультурного притяжения – познавательные интересы граждан в отношении культурного наследия, истории, искусства других государств  население стран ЕАЭС демонстрирует пророссийский вектор, несмотря на снижение интересак России в 2015 г., по сравнению с 2014 г. Однако в самой РФ для граждан более привлекательны Франция (14%), Индия (11%) и Германия (10%) [7]. Прозападное направление характерно и для Армении, где Францией и Германией интересуется 16% и 12% соответственно. В свою очередь, в центрально-азиатских республиках усиливается турецкий вектор [7].

Обозначенные тенденции обусловлены, прежде всего, векторами временной трудовой миграции, а также личными каналами коммуникации (наличие в другой стране родственников, близких, коллег). Данную связь можно визуализировать с помощью нижеследующей таблицы.

 

Таблица 1

Взаимозависимость векторов познавательного интереса, трудовой миграции и личной коммуникации среди граждан стран ЕАЭС*

 





Страна

Познавательный интерес

Вектор трудовой миграции

Личные коммуникации

Армения

Россия – 18%

Россия – 27%

Россия – 82%

Белоруссия

Россия – 36%

Германия – 15%

Россия – 43%

Казахстан

Россия – 29%

Россия – 23%

Россия – 45%

Кыргызстан

Россия – 24%

Россия – 38%

Россия – 65%

Россия

Франция – 14%

Германия – 13%

Украина – 16%

*Таблица составлена нами на основе данных источника: Интеграционный барометр ЕАБР – 2015 (четвертая волна измерений) // URL: http://www.eabr.org/general/upload/CII%20-%20izdania/2015/Barometr-2015/...

 

Если учесть, что в демографическом разрезе уровень познавательных интересов в области искусства, культуры, истории к странам ЕАЭС, а также спроса на образование выше среди респондентов от 35 лет и старше, то очевидной становится следующая закономерность: чем больше времени проходит с момента распада СССР, который во многом и заложил основы дружбы и общежития народов, населяющих страны-участницы ЕАЭС, тем слабее инерционные силы общего исторического прошлого среди молодежи. Молодые люди всё меньше интересуются культурно-историческим наследием постсоветских стран, будучи воспитанными на других ценностях – ценностях «радикального» американского либерализма.

Приведенные данные свидетельствуют о том,что концепция евразийства выступила лишь формальным идейно-теоретическим обоснованием реинтеграции на новой основе постсоветского пространства без его практического наполнения и что необходима трудоёмкая и кропотливая работа над созданием привлекательного образа ЕАЭС. Важность этой работы детерминирована тем, что экономическая переориентация государств, зачастую обусловленная краткосрочными политическими интересами, без тесного культурного взаимодействия происходит очень быстро. Данная тенденция отчетливо проявилась на примере фактического разрушения российско-украинских экономических связей в результате обусловленного политическими интенциями истеблишмента и пропагандой западных НПО и СМИ разворота Украины на Запад.

В этих условиях перед руководством стран-участниц ЕАЭС стоит задача разработки такой модели «мягкой силы» Союза, которая была бы привлекательной для населения и которую в метафоричной форме можно представить как процесс строительства многоквартирного дома. Выбор его внешней конструкции сравним с определением видения места и роли ЕАЭС в архитектуре мировой политики. Создание необходимой внутренней инфраструктуры и дизайнерское оформление – это мощные аттракторы для потенциальных жильцов – граждан государств-членов. В свою очередь, создаваемое после заселения дома управление, определяющее правила и организацию пространства для обеспечения комфорта жильцов, – это наднациональные органы ЕАЭС, генерирующие долгосрочную согласованную стратегию развития Союза. В свою очередь, устойчивость и конкурентоспособность «евразийского дома» зависит от того, насколько сильны аттракторы и рационально «домоуправление» в плане их постоянного совершенствования на предмет соответствия ожиданиям «жильцов»граждан ЕАЭС.

В этом отношении целесообразно инициировать ряд мероприятий, нацеленных на усиление позиций ЕАЭС в символическом поле, аналогичных механизмам «мягкой силы» США, но с принципиально иным содержанием, а именно:

1) приоритетом должна стать информационная работа, поскольку ощущается дефицит сведений о Союзе в СМИ, что отчётливо проявляется в Кыргызстане, когда после вступления республики в ЕАЭС были свернуты фактически все общественные и экспертные обсуждения по данной тематике. В информационном поле сотрудничество в рамках ЕАЭС обсуждается, как правило, в контексте внешней политики, а не с точки зрения культурных связей интегрируемых народов. На символическом уровне важно наладить работу над узнаваемостью эмблемы ЕАЭС, которая фактически не известна широкой общественности, а также запустить постоянные специальные рубрики в периодических печатных изданиях, TV-программы как по вопросам экономической интеграции, так и культурных связей[viii];

2) необходимо активизировать работу НПО (финансируемых всеми членами ЕАЭС, например, через создание евразийского аналога USAID) в «американском стиле»  реализация незначительных в общегосударственном, но важных в местном масштабе социальных проектов, демонстрирующих единство и дружбу народов стран-членов ЕАЭС, их взаимовыручку;

3) разработать евразийские стандарты для оценки стабильности, уровня политического и социально-экономического развития стран ЕАЭС по аналогии с мировыми рейтинговыми агентствами, которые дают характеристику странам мира на предмет их соответствия западным ценностям;

4) всфере образования и науки необходимо: а) в школьных и вузовских учебниках выделять разделы, содержащие информацию о специфике ситуации встранах-членах ЕАЭС в соответствии с профилем учебника (география, история, экономика, литература,геополитика и т. д.); б) совместно организовывать евразийские летние школы, форумы (например, евразийский аналог всероссийских «Территория смыслов» и «Таврида»); в) наладить софинансирование исследовательских проектов (теоретических и прикладных), проводимых как на базе вузов, так и аналитических центров; г) ввести на постоянной основе систему чтения лекций приглашенными из стран ЕАЭС преподавателями; д) модернизировать и популяризовать систему студенческих обменов через создание межвузовских ассоциаций;

5) развитие сотрудничества в культурной сфере предполагает, прежде всего, наличие налаженных контактов по линии ответственных государственных ведомств в аспекте организации совместных фестивалей, кино- и телепроектов, а также издательской деятельности.

Данные мероприятия должны заложить базис для восприятия Евразийского экономического союза не в качестве институциональной структуры, а общего проекта долгосрочного развития. Важной предпосылкой в этом отношении является координация действий руководств стран-участниц ЕАЭС, которые, в свою очередь, должны чётко определить: ЕАЭС – это «помещение для постоянного проживания» или «геополитическая гостиница», жильцов которой объединяет только необходимость получить временное пристанище на пути достижения различных, не коррелирующих друг с другом целей.

Резюмируя, подчеркнём наиболее существенные характеристики состояния социокультурного взаимодействия в рамках ЕАЭС:

  • во-первых, отсутствие среди населения локомотива евразийской интеграции – России – познавательного интереса к странам-членам ЕАЭС (приоритетно европейское направление);

  • во-вторых, отмечается снижение заинтересованности в получении знаний о России и друг о друге среди граждан остальных стран-участниц ЕАЭС на фоне усиления прозападного (Армения, Белоруссия) и протурецкого (Кыргызстан, Казахстан) векторов;

  • в-третьих,система образования стран ЕАЭС не конкурентоспособна в сравнении с системами ЕС и США;

  • в-четвёртых, в демографическом разрезе интерес к странам ЕАЭС как в культурной, так и образовательной сфере характерен для социальной группы в возрасте от 35 лет и старше.

Учитывая существующий дисбаланс в развитии экономик ЕАЭС, сохранение статус-кво может привести либо к превращению Союза в организацию среднего уровня, взаимодействие в рамках которой носит декларативный характер, либо – при самом неблагоприятном сценарии – к его распаду. Последний уже был успешно реализован в СССР и Украине, когда приобщение к ценностям западной культуры, преподносимое западными СМИ в качестве механизма расширения горизонтов личной свободы, стало фактически решающим фактором в коллапсе этих государств.

 

Литература:

i. Выступление Владимира Путина на заседании клуба «Валдай» (19 сентября 2013 г.) // URL: https://rg.ru/2013/09/19/stenogramma-site.html

ii. Vojtíšková V., Novotný V.The Bear in Sheep’s Clothing. Russia’s Government-Funded Organisations in the EU (2016) // URL: http://www.martenscentre.eu/sites/default/files/publication-files/russia-gongos.pdf

iii. Евразия в поисках идентичности / Отв. ред.: С. П. Глинкина, Л. З. Левин. – М.; СПб., 2011. – С. 4.

iv. Игорь Задорин: «Евразийского союза не будет без общей идентичности» (15 июня 2016) // URL: http://eurasia.expert/zadorin-evraziyskiy-soyuz-identichnost/

v. Романчук Я. «Лексус и оливковое дерево»: Мир, которому исполнилось десять лет (12 мая 2006) // URL: http://liberty-belarus.info/index.php?option=com_k2&view=item&id=662:leksus-i-olivkovoe-derevo-mir-kotoromu-ispolnilos-desyat-let&Itemid=96

vi. Швайка Л. А. Государственное регулирование экономики: Учеб.пос. (2006) // URL: http://banauka.ru/27.html

vii. Интеграционный барометр ЕАБР – 2015 (четвертая волна измерений) // URL: http://www.eabr.org/general/upload/CII%20-%20izdania/2015/Barometr-2015/EDB_Centre_Report_33_Analytical_Summary_RUS.pdf

viii. Гущин А. Какой бренд нужен Евразийскому союзу? (30 мая 2016) // URL: http://eurasia.expert/brend-evraziyskogo-soyuza/

 

Голосов пока нет

Комментарии

Мягкая сила»как инструмент формирования евразийского единства

Если в этом регионе не формировать добрососедские отношения, не заниматься поисками сфер сотрудничества, то могут начать складываться напряженные ситуации на разных спорных проблемах, таких, например, как использование водных ресурсов или линии границ.

«Мягкая сила»как инструмент формирования евразийского единства

С помощью "мягкой силы" - западной пропаганды наши страны действительно распались и откатились в развитии на сотню лет, но для интеграции в ЕАЭС никто её не применяет. Наверное, это уже дело каждого государства - освещение достижений ЕАЭС, ведь европейскими ценностями, кажется, уже все насытились.

«Мягкая сила»как инструмент формирования евразийского единства

Евразийский экономический союз - это не только взаимовыгодные отношения. Это проект сохранения идентичности народов, исторического Евразийского пространства. Это шанс для всего постсоветского пространства стать самостоятельным центром глобального развития. Социально-культурное взаимодействие в рамках ЕАЭС несет в себе очень важное значение для каждой республики бывшего Союза. Поэтому нужно разработать такую модель, «мягкой силы» Союза, которая была бы привлекательной для населения каждой республики. Для каждого Государства очень важно его экономическое развитие. Для этого важную роль играет создание общего экономического пространства. А оно будет эффективным только в том случае, если, кроме общей правовой основы, будет скреплено созданием общего гуманитарного (культурного, образовательного, научного) пространства, опирающегося на многовековые связи и контакты народов постсоветских республик.
Думаю, мероприятия разработанные в рамках ЕАЭС создатут прочную основу общего проекта долгосрочного развития.

Долго запрягаем, конечно...

Долго запрягаем, конечно... После развала Союза проиграли Украину, не говоря уже об утрате позиций в прочих частях мира. Но, уж лучше поздно, как говорится...

Странам ЕАЭС явно не нужна

Странам ЕАЭС явно не нужна "мягкая сила" по подобию американской. Нужно выработать свои собственные принципы построения взаимодействия и сотрудничества между странами.

Сразу после распада СССР

Сразу после распада СССР многие связи между республиками бывшего СССР были утеряны и только теперь приходит понимание необходимости евразийской интеграции для эффективного развития их экономики.

«Мягкая сила» как инструмент

Всё верно. Разные страны не только разные ресурсы имеют, но и, в силу природных условий, выращивают разную сельхозпродукцию. Раньше взаимообмен осуществлялся планово, теперь это приходится делать на уровне частных предприятий. Но всё равно он необходим.

 

Новости от Redtram

Loading...