ВОДА НЕ ПРОСТО РЕСУРС …
Вода не просто ресурс …

По оценкам экологов и ученых, на сегодняшний день на Земле из всех имеющихся водных ресурсов пригодно для употребления в качестве питьевой воды не более 2,5%, которые к тому же распределены крайне неравномерно.

АФГАНИСТАН - ЗАПАДНЯ ДЛЯ БАРАКА?
Афганистан - западня для Барака?

Избрание Барака Обамы в качестве президента США многие, как в самих США, так и за его пределами связывали с надеждами на качественное изменение внешнеполитического курса Вашингтона.

К 2020 ГОДУ КИТАЙ СТАНЕТ САМЫМ МОГУЩЕСТВЕННЫМ ГОСУДАРСТВОМ МИРА
К 2020 году Китай станет самым могущественным государством мира

Смена мировых лидеров - явление нередкое даже в новейшей истории. В XIX столетии бесспорной "владычицей морей" была Британия. В ХХ веке роль первой скрипки в глобальном оркестре перешла к Соединенным Штатам Америки.

Центральная Азия Средний Восток Дальний Восток
Блог ЧИТАЙ И ПИШИ
О проекте
Архив
Поиск

Система обмена информацией
Система обмена информацией

Центральная Азия
Ближний Восток
Дальний Восток

Рассылки Subscribe.Ru
Время Востока

ЭТО ИНТЕРЕСНО
В Хорезме найдена одна из древнейших копий Корана,
Время собирать камни
Афганистан в судьбе сержанта Бакиева

ЭТО ИНТЕРЕСНО
«Мицва Пидьон Хабен» - выкуп первенца
Борода – как символ …
Еврейская кухня с советским уклоном

ЭТО ИНТЕРЕСНО
Японские палочки
Все о целебных свойствах чая
Улицы красных фонарей. Китайский стиль

Перейти на новую версию сайта

АНАЛИТИКА ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ

Перспективы регионального сотрудничества в Центральной Азии.
09.12.2011
Автор: К.Нанаев
Перспективы регионального сотрудничества в Центральной Азии.

 

         Государства центральноазиатского региона входят или активно сотрудничают с региональными международными организациями, представляющими совершенно разные регионы мира:

Россия и постсоветское пространство (СНГ, ОДКБ, ЕврАзЭС);

Европа (ОБСЕ, «Партнерство во имя мира» и программы сотрудничества с отдельными государствами НАТО, программы технического и экономического содействия ЕС);

исламский мир (ЭКО, ОИК);

Китай и страны Восточной Азии (программы экономического сотрудничества и транспортной интеграции) и т.д.

Перечисленные выше характеристики интеграционной политики напрямую сказываются на внешней политике соответствующих стран Центральной Азии (ЦА), который все еще пребывает в состоянии становления. Он уже имеет систему международных институтов и организаций, но она крайне противоречива. Регион также обладает собственной идентичностью, которая также достаточно противоречива.

Восстановление экономической мощи России требует последовательного наращивания ее участия в процессах глобализации и интеграции в мировых региональных рынках. И одним из существенных факторов роста ее влияния может и должно стать наращивание роли и значения России в развитии экономики региона Центральной Азии. Безусловно, стремясь реализовать предпосылки для расширения экономических связей со странами региона, нельзя не принимать во внимание сложившиеся там тенденции к диверсификации внешнеэкономических связей с сопредельными странами – КНР, Индией, Турцией, Ираном, а также США, ЕС, арабскими странами Востока.

Сложившиеся реалии в регионе требуют от России выработки новой стратегии своих отношений с центральноазиатскими государствами, учитывая указанные объективные процессы, тесно увязывая экономическую дипломатию с политикой в области безопасности и курсом на расширение гуманитарного сотрудничества исходящих из четкого осознания геостратегических и национальных интересов. Несмотря на многие упущения, обусловленные отсутствием единой и последовательной политики по отношению к Центральной Азии, все еще существуют благоприятствующие условия для упрочения российского влияния.

Важнейшими предпосылками, определяющими широкие перспективы сотрудничества государств региона, являются их объективная заинтересованность в решении собственных актуальных проблем устойчивого развития и обеспечения суверенитета. Они, приобретя опыт самостоятельного участия в глобальном преобразовании всей системы мировых политико-экономических отношений, все в большей мере видят в России своего стратегического партнера:

во-первых, способного участвовать в решении животрепещущих региональных политических проблем;

во-вторых, партнера, способного внести вклад в стабилизацию региональной безопасности;

в–третьих, перспективный регион для сбыта своих товаров и услуг, поставки из нее сырья, энергоресурсов, технической продукции и др.;

в–четвертых, мощный источник традиционных гуманитарных обменов.

Что же касается реализации национальных интересов самой России, то создавая благоприятные условия для региональных интеграционных процессов, она будет способствовать нормализации обстановки на своих границах и формировать предпосылки для расширения внешнеполитических и экономических связей в стратегически важном регионе, обладающем энергетическими ресурсами и являющимся средоточием глобальных транспортных коридоров.

Обобщая всю палитру колебаний «позиции» России по отношению к ЦА, можно довольно точно и обоснованно заключить, что в ее современной внешней политике заложена фундаментальная противоречивость: Россия предпринимает попытки доминировать в государствах региона и консолидировать сферу российского влияния в соответствии с традиционной логикой «баланса сил», но имеет при этом ограниченные возможности того или иного экономического принуждения по отношению к странам региона, которые к тому же существенно ограничиваются глобализацией.

Нельзя не отметить крайне негативные последствия, постоянно звучащие призывы к пересмотру российской политики в ЦА из-за обременительных и значительных издержек для страны, дополняемых высказываемыми сомнениями об объективности «особых» отношений на постсоветском пространстве в том, что касается передвижения людей, рынка труда, культурной идентичности и т.д. В этих условиях вполне логичным представляется желание некоторых государств региона найти более привлекательное, чем Россия, «интеграционное ядро региона». Как следствие, нарастают тенденции размывания форматов Содружества и его интеграционных институтов, создаются предпосылки расширения поля участия внешних игроков в делах Центральной Азии. Все это, в конечном счете, наносит существенный урон долгосрочным национальным интересам России, заинтересованной иметь по периметру своих границ дружественные, стабильные и динамично развивающиеся государства.

Анализируя свои промахи и недочеты, нельзя не заметить и большие изменения, происходящие в самом регионе. За постсоветский период в этих странах постоянно декларировалось стремление к интеграции своих потенциалов, а на деле же интенсивно шла дезинтеграция высоко интегрированного пространства. Например, ранее страны региона постоянно согласовывали свои интересы, стремились устранить имеющиеся противоречия, в той же сфере развития водно-энергетического хозяйства, транспортных коммуникаций и др. Однако, не достигнув здесь существенных результатов, сегодня мы имеем острое противостояния в вопросах вододеления, строительства новых энергетических объектов, транзита грузов и т.д.

Ситуация усугубляется и нарастающей дифференциацией по уровням социально-экономического развития. Так, наиболее бедные страны (Таджикистан и Кыргызстан) и наиболее динамично развивающиеся (Казахстан и Туркменистан) все дальше расходятся в своих национальных экономических интересах. В результате практически каждая страна начинает выстраивать свои перспективы экономического развития самостоятельно, без оглядки на соседей.

Не способствует процессам внутрирегиональной интеграции и продолжающаяся конкуренция между Узбекистаном и Казахстаном за региональное лидерство, что потенциально блокирует возможности долговременного решения обозначенных спорных проблем самими государствами региона.

Учитывая складывающуюся ситуацию, дополняемую политической хрупкостью и социальной неустойчивостью стран Центральной Азии, испытывающих при этом активное влияние радикального ислама, транснациональных сетей наркоторговли, криминалитета и контрабанды, открываются новые возможности для стимулирования интеграционных процессов на внутрирегиональном уровне взаимодействия, поиска и определения общей позиции по вопросам военной и экономической безопасности стран региона. Таким образом, необходимость противодействия общим вызовам, что уже явно прослеживается, придает новый стимул интеграции экономики на основе формирования единого транспортного, информационного и образовательного пространства с последующей трансформацией в единое экономическое пространство. Для реализации имеющегося потенциала Россия просто обязана выстроить четкую политику, как в отношении Центрально Азии в целом, так и в отношении каждой страны региона с учетом политической, законодательной, демографической, ресурсной и идеологической ситуации в них.

Естественно, что обеспечение максимальной продуктивности российской политики, скоординированности и сбалансированности практических действий невозможно достичь без интеграционного плана для Центральной Азии последовательно проводимого через институты регионального взаимодействия - СНГ, ЕврАзЭС, ОДКБ, ШОС. Это также создаст предпосылки для бесспорного закрепления за Россией функции модератора в решении периодически обостряющихся проблем внутрирегионального взаимодействия между странами ЦА.

Роль внешнего арбитра содействовать согласованию и взаимному учету интересов стран в спорных вопросах и обеспечить принятие решений и проконтролировать их исполнение больше соотносится с российскими национальными интересами, чем простой почетный статус наблюдателя. Поэтому необходимо «подкрепление» интеграционного плана объективной оценкой регионального военно-политического потенциала и механизмов его реализации перед лицом общих угроз с обязательным наличием экономической составляющей, без которой любые заверения и договоренности представляются весьма непрочными и уязвимыми.

Между тем, в настоящее время Центральная Азия оказалась под серьезным воздействием геоэкономических факторов, способных воспрепятствовать реализации национальных интересов государств, в перспективе. Поэтому Россия в своей центральноазиатской политике должна исходить из понимания, что на политическую стабильность в регионе оказывает влияние целый ряд как позитивных, так и негативных факторов. Основными из них являются:

•нарастающее участие государств ЦА в процессах глобальной и региональной интеграции;

•обострение проблем обеспечения высоких темпов развития, энергетическими, водными, биологическими, кадровыми и финансовыми ресурсами;

•неоднородность и неравномерность политического, социально-экономического развития, усугубляемая глобальным финансово-экономическим кризисом;

•сохранение в регионе очагов напряженности, территориальных и пограничных споров;

•соперничество внутрирегиональных сил за влияние в ЦА;

•возрастание масштабов нетрадиционных угроз, в том числе таких наиболее опасных, как религиозный, национальный экстремизм, организованная преступность, наркотрафик, незаконная миграция и т.д.

Анализ действия ведущих держав мира в Центральной Азии свидетельствует о наличии у каждой из них собственного видения путей и методов реализации своих национальных интересов. Адекватная оценка имеющихся угроз в сочетании с геостратегическими задачами повышения роли России в глобальном мире, позволяет сформировать следующие основные позиции по достижению ее национальных интересов в этом регионе:

•обеспечение стабильности на основе партнерских отношений со всеми государствами региона;

•использование их геостратегического потенциала в целях решения практических и статусных задач России, как мировой и региональной державы;

•международное признание ведущей роли России в этом регионе.

В этой связи перед Россией возникают следующие практические задачи:

•эффективно использовать существующие многосторонние механизмы, поддерживать и развивать военное сотрудничество,

•использовать энергетический и природный потенциал Центральной Азии, продвигать на ее рынок собственные товары и услуги,

•стимулировать приток в регион российского капитала, инвестиций и инновационных технологий,

•ориентировать развитие транспортно-коммуникационных систем региона, его транспортного потенциала в интересах совершенствования транспортной инфраструктуры России.

В реализации своих национальных интересов и достижении геостратегических целей необходимо также использовать совпадающие интересы других мировых держав, в частности КНР, чьи интересы сегодня преимущественно ограничиваются:

•борьбой с сепаратизмом, экстремизмом и терроризмом;

•обеспечением безопасности в приграничных районах;

•содействием экономическому развитию для поддержания стабильности в регионе;

•недопущением монопольного контроля над ЦА государствами враждебными КНР;

•недопущением создания на территории региона союзов, направленных против Китая;

•обеспечением открытого доступа Китая к ресурсной базе региона.

И самое главное. Для Китая сотрудничество с Россией в ЦА важно в плане сдерживания роста политического влияния США в регионе. Китай естественный союзник России в противостоянии активизировавшимся попыткам наращивания своего влияния другими важными игроками – ЕС, Индия, Иран, Турция, арабские страны и другие. Как правило, это влечет за собой появление потенциальной возможности создания самых разнообразных альянсов. Естественно, что от всех этих альянсов в значительной степени зависит и конфигурация товарно-денежных и финансовых потоков в Азии, и, конечно статус России, как важнейшего политического и экономического центра на постсоветском пространстве.

Надо объективно оценивать, что в складывающейся ситуации, когда США не оставляют надежд создать организацию Партнерства по сотрудничеству и развитию Большой Центральной Азии в качестве политической и экономической альтернативы таким структурам как ШОС, ЕврАзЭС, Россия способна активно противостоять этому только во взаимодействии с Китаем, опираясь на консолидированную позицию стран ШОС. Следует осознать, что сегодня Россия достаточно сильна, чтобы заручиться поддержкой отдельных государств при реализации каких-то своих проектов, но недостаточно сильна для создания прочной и эффективной модели, которая охватывала бы весь регион Центральной Азии и даже сопредельные территории.

Формируя стратегию закрепления ведущей роли России в интеграционных процессах в ЦА, нельзя не заметить, что до известной степени этому способствует такой благоприятствующий фактор, как существование не взаимодействующих, а скорее конкурирующих аграрно-сырьевых экономик региона. Все это создает предпосылки смещения вектора сотрудничества с взаимной интеграции стран региона друг с другом, на интеграцию с Россией.

Россия вряд ли сможет сильно противостоять экономическому присутствию Китая в регионе, но именно поэтому она обязана предпринять все меры политического и экономического характера по наращиванию притока отечественного капитала в государства региона, усиленно ищущих доноров и спонсоров для осуществления своих собственных инвестиционных проектов.

С учетом вышесказанного России следует акцентировать свое внимание на разработке и реализации многосторонних инвестиционных проектов, представляющих для российской экономики значительный интерес, так как в большинстве случаев речь идет о тех отраслях и проектах, где Россия имеет конкурентные преимущества. К числу таких транснациональных проектов относится начинаемое в регионе строительство объектов энергетики, сооружение гидрокаскадов, трубопроводных систем, локальных региональных передающих энергосистем. Это как раз те проекты, где Россия имеет большой опыт, необходимые технологические наработки.

Конечно, все это должно сопровождаться мощным наращиванием торгового сотрудничества за счет преференций в рамках Таможенного союза, ЕЭП. Главное здесь тщательно анализировать экспорт стран ЦА, транспортные потоки и маршруты в направлении России, обеспечить рациональное движение миграционных потоков и др.

В целом же центральноазиатский регион способен кардинально усилить экономический потенциал России и Китая, придать мощный импульс их развитию, стать важным фактором укрепления российско-китайского сотрудничества. Прежде всего, это связано с огромными и разнообразными сырьевыми ресурсами ЦА, достаточно благоприятными природно-климатическими условиями для развития АПК и организации промышленного производства, наличием развитой транспортной инфраструктуры ориентированной на российский рынок.

Используя указанный фактор перспективного сотрудничества России и Китая в регионе, одновременно следует исходить из того, что экономическая реинтеграция под эгидой РФ принципиально важна, ибо только вместе страны региона смогут сформулировать и отстаивать общие долгосрочные и стратегические интересы, которые неизбежно будут вести их к формированию союзных отношений с КНР.

Таким образом, создавая благоприятные условия для региональных интеграционных процессов, Россия будет способствовать нормализации обстановки на своих границах и формировать предпосылки для расширения внешнеэкономических и экономических связей, оказывать позитивное воздействие на социально-экономические процессы в регионе. В данном аспекте целесообразно еще раз указать на недопустимость национального эгоизма и неоправданную коммерциализацию внешней политики РФ по отношению к ЦА. Это не имеет ничего общего с декларируемой приверженностью к прагматизму в политике, это нечто прямо противоположное. Такой подход тем более недопустим, если учесть, что в 2010 году объем торговли стран ЦА с Китаем достиг 23 млрд. евро, с ЕС – 21 млрд. евро., и в этом они кратно опережают Россию. При этом львиная доля торговли с регионом приходится на долю углеводородов. Здесь налицо конкуренция за энергоресурсы и, следовательно, можно ожидать, что она будет сопровождаться выделением кредитных пакетов помощи, а, следовательно, в дальнейшем усилением своих геополитических позиций под предлогом защиты своих интересов и капиталов.

Учитывая несопоставимый с российским экономический и технологический потенциал конкурентов, можно предположить, что России (исторически считающей ЦА зоной своих интересов) сначала придется потесниться, а затем вообще отойти на задний план. Чтобы предотвратить тенденцию дальнейшего размывания российского интеграционного потенциала, ей как никогда нужна четко сформулированная стратегия исходящая из геостратегической ситуации во всей Центральной Азии, которую на современном этапе определяют следующие факторы:

1. Россия больше не является безальтернативным стратегическим партнером для совместного развития стран ЦА. Во внутрирегиональном же сотрудничестве в ЦА почти нет продвижения.

2. Россия не может в должных масштабах и с необходимой эффективностью использовать различные инструменты интеграции, включая финансовую помощь на проведение экономических и политических реформ для противодействия возрастающему влиянию ЕС, США, Китая, Турции и Ирана.

3. Россия, учитывая растущую экономическую мощь Казахстана, экспорт казахского капитала в центральноазиатские государства и соответственно рост политического влияния в региональных отношениях, должна в максимально благоприятном режиме содействовать формированию единой системы межрегиональных транспортных коридоров, обеспечивающих транзит в Европу различных грузов, в том числе казахских углеводородов. Тем самым выстраивая стратегическое партнерство между нашими странами, при этом последовательно вовлекая и другие страны региона.

4. Сложные таджикско-узбекские отношения, связанные с нерешенными геополитическими проблемами; соперничество региональных и внерегиональных сил за энергоресурсы Туркмении; системный кризис в Кыргызстане; сложная социально-экономическая ситуация в Таджикистане; ожидаемая в ближайшей перспективе смена властных элит, в том числе в Казахстане; демографическая проблема Ферганской долины; высокие темпы внешней миграции трудоспособного населения; реальная перспектива эскалации афганского конфликта требуют опережающего роста влияния России на пространстве ЦА на основе ясно сформулированной стратегии в отношении всего региона Большой Центральной Азии. Только это позволит купировать наблюдаемое снижение ее международного веса, что неприемлемо с позиции защиты и отстаивания национальных интересов.

5. Снижение уровня доверия к российской политике в отношении урегулирования ситуации в Афганистане, которая отвечала бы интересам ее партнеров в регионе ЦА и тем самым способствовала бы эффективному взаимодействию. В настоящее же время, по мнению партнеров в регионе, имеет место поверхностный подход к региональным проблемам, непоследовательные шаги, сомнительные договоренности, достигаемые в разделительных форматах, наподобие четверки по афганскому вопросу (Россия, Таджикистан, Афганистан и Пакистан), вызывающих подозрение партнеров в нечестной политической игре, в собственных экономических и других интересах.

6. Рост конфликтного потенциала в ЦА из-за нарастающего водного кризиса и связанных с ним проблем обеспечения продовольственной безопасности. Непоследовательность, переменчивость позиции России в освоение гидроэнергетических ресурсов трансграничных рек региона, вызывают серьезные опасения как со стороны государств низовья, так и верховья рек Амударьи и Сырдарьи, которые полагают, что в будущем РФ рассчитывает занять позицию арбитра, позволяющую диктовать пути разрешения споров и конфликтов, в том числе инициируемых и самой Россией в своих геополитических интересах.

Конечно, перечисленные факторы не исчерпывают всех практических инициатив, конкретизирующих принципы, приоритеты, цели и задачи интеграционного плана сотрудничества с государствами ЦА. Но, исходя из того, что эффективная система обеспечения национальных интересов России в сфере экономики является стержнем ее национальной безопасности, необходимость более тесного сотрудничества в ЦА сейчас является значительной и срочной, особенно в таких вопросах как энергетика, водные ресурсы, торговля и транспорт, где разногласия наиболее непримиримы. Здесь в первую очередь и должны быть использованы договорные возможности России.

Это крайне важно ибо, например, в исследовании Всемирного Банка: «Доклад о мировом развитии 2011: Конфликты, безопасность и развитие» прямо отмечается, что для более широкого регионального сотрудничества в ЦА повышенное внимание и скоординированные усилия со стороны внешних участников становится сейчас ещё более важным. Таким образом, актуализируется вопрос о разделе и закреплении сфер влияния между ведущими мировыми игроками геостратегического пространства ЦА. Поэтому задача России обеспечить нарастание своего участия в улучшении регионального сотрудничества, которое, по оценкам экспертов того же ВБ, может привести к росту ВВП стран ЦА на уровне от 50 до 100% и росту среднедушевых доходов населения на уровне 100% в течение ближайших 10 лет. То есть, защита геостратегических интересов страны никоим образом не противоречит национальным интересам в сфере реальной экономики, заключающихся в способности экономики функционировать в режиме расширенного воспроизводства; рациональной структуре внешней торговли; расширении единого экономического пространства и развитии международных экономических отношений; диверсификации экономики и т.д.

В заключении, надо еще раз подчеркнуть, что стратегические задачи перспективного развития СНГ и особенно государств ЦА объективно соответствуют долгосрочным экономическим и геополитическим интересам России, предоставляют новые возможности использования мирохозяйственных связей для обеспечения глобальной экономической безопасности России; повышают долю России в мировом производстве, в экспорте, особенно наукоемкой продукции и технологий, способствуют продвижению в вопросах достижения среднеевропейских стандартов потребления, снижают зависимость отечественной экономики от внешних факторов. Это должно сформировать облик России во внешнем мире и ее геостратегическое место и роль, которые должны неуклонно расширяться.

Именно по этим причинам уже сейчас необходимо активизировать усилия стран ЕврАзЭС, Содружества в целом на формировании структуры многостороннего и многоуровнего сотрудничества по созданию платежно-расчетной системы на основе национальных валют; упорядочению и регулированию миграционных процессов; повышению координации усилий по созданию транспортных коридоров; совместному использованию энергетических и водных ресурсов; развитию кооперационных связей в отдельных сферах экономики и т.д., а также формированию зоны свободной торговли с сопредельными странами и региональными объединениями, построенных на нормах и правилах ВТО.

В целом же принципиальной основой выстраиваемой долговременной внешней политики России должен стать прагматизм. Но прагматизм не утилитарный, как ныне, а геостратегический. Считая постсоветские государства сферой своего влияния надо отойти от самонадеянного и недальновидного представления о безусловном доминировании. Это уже далеко не так. Поэтому Россия должна стать привлекательной своей государственностью, экономикой, социальной политикой. Это означает, что она должна стать интеллектуально-технологической, а не энергетической державой.


Источник: easttime.ru

Перейти на новую версию сайта


Постоянный адрес статьи:
http://www.easttime.ru/analitic/1/289.html
Вернуться Центральная Азия Перспективы регионального сотрудничества в Центральной Азии. Версия для печати

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ
Проблемы демократии и безопасности транзитных стран
Черные знамена над Хорасаном?
США проявляют все большую заинтересованность к энергетике Центральной Азии.
Осторожно, «Ахмадиты»!
Глобализация проблем в исламском мире: новая идеология джихада для стран Центральной Азии?

 
АНАЛИТИКА Центральная Азия

06.12.2011
Евразийская интеграция и политика России: взгляд из Казахстана. Экспертный форум. Часть 6.
Если в предыдущей части экспертной дискуссии были представлены мнения двух экспертов из Казахстана (Каната Берентаева и Руслана Жангазы), то к участию в этой части дискуссии проект «Центральная Евразия» пригласил уже четырех известных в Казахстане и за его пределами специалистов: Серикжана Мамбеталина, Олега Сидорова, Маулена Намазбекова и Гульнару Дадабаеву.

06.12.2011
Евразийская интеграция и политика России: взгляд из Казахстана. Экспертный форум. Часть 5.
Нужна ли вообще современной России интеграция на постсоветском пространстве? Есть ли у РФ понимание ее значения? И если нужна, то только ли чтобы продемонстрировать тому же Западу свою роль как региональной державы и тем самым укрепить с ним диалог? Или интеграция для России – это что-то типа проекта по бизнес-поглощению?

06.12.2011
Евразийская интеграция и политика России: взгляд из России. Экспертный форум. Часть 4.
Что имел ввиду Владимир Путин, когда озвучивал идею создания Евразийского Союза? Какова реакция экспертного сообщества на эту инициативу? Продолжая виртуальный экспертный форум по тематике евразийской интеграции и политики России проект «Центральная Евразия» пригласил ряд известных российских экспертов прокомментировать идею создания Евразийского Союза, да и само программное заявление В.Путина, а также поделиться своим видением процессов интеграции в постсоветском и евразийском контекстах.


ВЫ ПИСАЛИ
нет комментариев
ВАШИ КОММЕНТАРИИ
Представьтесь:
E-mail:
Мнение:
   
© 2005-2010, Институт стратегического анализа и прогноза (ИСАП)
Директор - Акылбек Салиев
Редакция: info@easttime.ru
Телефон: +7-996-312-43-94-17
об издании
Все права защищены © 2005-2011
Rambler's Top100